«Цыган и настоящий художник». Футбольный диссидент, которого вы не знаете

«Цыган и настоящий художник». Футбольный диссидент, которого вы не знаете

Александр Аранджелович, который сбежал из Сербии и развозил молоко в Канаде.

Автобус, возвращавшийся с экскурсионной группой в Белград, потряхивало на разбитой дороге. Обратный путь обещал быть долгим, и уставших пассажиров развлекал экскурсовод. Теперь он рассказывал не о достопримечательностях, а о своей жизни – и многим казалось, что увлекательного в ней гораздо больше, чем в недавней поездке. Пришлось даже отвечать на дополнительные вопросы. 

«Да, прозвище «Автобус» не потому, что работаю экскурсоводом, а как напоминание о футбольной карьере, когда корреспондент подарил мне это прозвище, сравнив мои скоростные забеги с автобусом, не видящим преград. Сомневаетесь, что забил 1500 голов за карьеру? Поверьте, я не ошибаюсь, каждый гол отмечал в дневнике. Может, кого-то из вас смущают и мои любовные истории? Что ж, мой дневник вел счет не только голам, и страницы его помнят имена 2500 женщин – если вы понимаете, о чем я».

Поверить в это нелегко, поэтому многих интересовало, кем был Александр Аранджелович на самом деле – живой легендой или легендой, жившей в рассказах экскурсовода?

Александр родился в 1920 году в Белграде, в семье успешного коммерсанта и политика Ристы Аранджеловича. Состоятельный отец был готов исполнить любую прихоть единственного сына. Например, к 1936 году во всей Югославии было зарегистрировано всего 1500 легковых автомобилей, и Риста владел сразу двумя: Кадиллаком и Бьюиком. На обоих шестнадцатилетний Александр колесил по Белграду на зависть толпе. Каждый из автомобилей стоил столько же, сколько отличная квартира в центре столицы.

Видя, как Александр целыми днями возился с футбольным мячом, Риста Аранджелович ко дню рождения сына раскошелился на футбольную команду: он выбрал «Единство» из портового района Белграда. Риста построил новый стадион и пригласил в команду именитых игроков, среди которых был и Бранислав Секулич, добиравшийся в составе сборной Югославии до полуфинала чемпионата мира 1930 года. Так Аранджелович-младший в 17 лет дебютировал во взрослом футболе. 

Болельщики были в настоящем шоке, когда выяснилось, что Александр, казавшийся им жалким мажором, – игрок большого таланта. Аранджелович играл на позиции нападающего. Он выделялся отличной техникой, выносливостью и мощным ударом и вскоре привлек внимание многих европейских клубов, в том числе лондонского «Арсенала».

Александр уже представлял себе роскошную жизнь в Лондоне и готовился к переезду, но все его планы перечеркнула война. Следующие несколько лет он провел на фронте.

Александр вернулся с войны в совсем другую страну. С окончанием Второй мировой в Югославии пала монархия, и к власти пришло коммунистическое правительство во главе с Иосипом Брозом Тито. По стране прокатились массовые репрессии, коснувшиеся и семьи Аранджеловича. Отец Александра был депутатом от Демократической партии и активно выступал против избрания Тито премьер-министром. Иосип это запомнил, и сразу после его назначения Риста Аранджелович был задержан. Все его имущество конфисковали.

Репрессии коснулись и «Единства». В 1945 году клуб был расформирован, и Александр перешел в новообразованную «Црвену Звезду». В ее составе Аранджелович провел несколько сезонов и стал настоящей звездой. В 1947 году состоялось первое Вечное дерби против «Партизана»: «Црвена Звезда» тогда выиграла со счетом 4:3, а Александра признали лучшим игроком матча. Спустя два месяца он покинул и команду, и страну.

«Црвене Звезде» предстоял выезд на игру с «Понцианой» в Триест, который на тот момент был Свободной территорией под контролем союзников. Для Аранджеловича эта поездка оставалась едва ли не единственной возможностью сбежать из Югославии.

Вместе с Александром хотели бежать и многие другие игроки «Црвены Звезды», но в последний момент все отказались. Аранджеловичу терять было уже нечего. Мать вшила в куртку последние сбережения, и он отправился на последний матч в составе «Црвены Звезды».

Александр впервые оказался в Италии в 27 лет. Им – как одним из самых талантливых югославских футболистов – интересовались местные топ-клубы. Расторопнее всех оказался «Милан», выложивший за серба 90 000 лир. Правда, за «россонери» Александр сыграл лишь в одном товарищеском матче, потому что так и не получил от футбольной ассоциации Италии соответствующей лицензии. Требовалось подтверждение статуса профессионала из Югославии, где Аранджеловича уже приравняли к врагу народа.

Пришлось покинуть Милан. Аранджелович провел сезон в «Падове» и только потом отправился в Рим. Уже здесь, в лагере для беженцев, расположившимся на территории известной киностудии Чинечитта, на него и вышли с контрактом представители «Ромы». Клуб уладил все проблемы Аранджеловича с лицензией, и серб тут же принес результат: в первом сезоне он забил 11 голов и спас «Рому» от вылета. Главный редактор Corriere Dello Sport, впечатленный результативностью Аранджеловича, назвал его тогда человеком с бронированной ногой.

Александр был звездой не только в «Роме», но и в Риме. Лишившись гражданства Югославии, Аранджелович в каждом новом месте быстро становился своим. Например, его узнавали в узких артистических кругах Рима – здесь его знали как человека, прекрасно разбирающегося в искусстве и свободно владеющего сразу пятью языками.

В Милане Аранджелович больше времени провел в Ла Скале, чем на тренировках. На одной только опере «Тоска» Джакомо Пуччини он был порядка 150 раз и знал ее наизусть. Однажды накануне матча Александр съездил на премьеру «Аиды» в Вероне, до которой от Рима 500 километров – чтобы уже ночью вернуться в Рим и утром быть на предматчевой тренировке. Каждый болельщик знал любимое место Александра – ресторан «Акваланг», где его неоднократно видели то с молодой баронессой Альда Вали, то с актрисой Анной Маньяни.

Но роман с «Ромой» оказался недолгим. По окончании первого сезона Аранджелович покинул Рим и уехал в провинциальную Новару. За одноименный клуб Александр забил 9 мячей. Джанфранко Капра, итальянский журналист и писатель, потом вспоминал, как еще ребенком ходил на матчи «Новары»: «Я наблюдал за Аранджеловичем с восхищением. Позже многие игроки «Новары» пытались подражать ему, но были лишь жалкими пародиями на его фоне». Петисо Песаола, бывший тогда одноклубником серба в «Новаре» и ставший легендой «Наполи» в пятидесятых, сказал: «Аранджелович? Как можно забыть этого сумасброда? Цыган и настоящий художник от мира футбола с убойной правой. Такого не забудешь».

К 1951 году Аранджелович прекратил играть не только за итальянские команды, но и за сборную Венгрии в изгнании, проведя в ее составе 85 матчей. Он переехал в Париж, где подписал контракт с «Расингом» на 25 000 долларов. Еще по 80 000 франков в неделю парижане обязались выплачивать ему до конца сезона. Правда, карьера во Франции пошла как-то неправильно. В составе «Расинга» он провел всего 8 матчей – куда чаще Александр играл в футбол в Булонском лесу с Петром II, югославским королем в эмиграции. В знак дружбы он подарил ему с десяток лучших костюмов. Так уж получилось, что футбольный диссидент Аранджелович к тому моменту оказался богаче всей эмигрировавшей во Францию династии Карагеоргиевичей.

Спустя год Александр снова сменил клуб: его подписал «Атлетико». Аранджелович хотел получать удовольствие от игры и жизни в Мадриде, но практически сразу сказался потерянный год в «Расинге». Стандартные упражнения казались 34-летнему сербу непосильными, и через месяц он решил покинуть команду. «Из «Атлетико» я ушел потому, что Эленио Эррера нещадно пытал команду. Я никак не рассчитывал на то, что в 34 года меня заставят бегать по 25 кругов вокруг поля на каждой тренировке».

Карьера Аранджеловича близилась к концу, а потому серб решился на авантюру и уехал в Канаду. Там он играл за команду итальянских иммигрантов, получал 2000 долларов в месяц и в свободное время подрабатывал развозчиком молока. Казалось, что в Канаде Аранджелович и осядет. Вот только дух авантюриста оказался неистребим. Уже в 1956 году Александр покинул Северную Америку. Он отправился в Мельбурн на XVI летние Олимпийские игры.

Так получилось, что Аранджелович за всю жизнь не пропустил ни одной летней Олимпиады. Вот и сейчас ради Олимпиады Александр переехал в Австралию – правда, там он оказался с пустыми карманами. Слишком велик был азарт игры в портах Сайгона и Гонконга.

Пришлось снова искать работу. В Мельбурне Аранджелович познакомился с сербами, которые предложили работать на опаловой шахте в самом сердце Австралии. Александр согласился и вместе с аборигенами девять месяцев вкалывал на руднике, но никаких денег так и не получил. К концу года его сербские партнеры просто исчезли, прихватив с собой всю полученную прибыль.  

В Европу Аранджелович вернулся только в 1963 году. Тито амнистировал тысячи людей, и Александр вернулся в Югославию. Его бывший партнер по «Црвене Звезде» помог с работой, устроив экскурсоводом в туристическое агентство.

За 23 года работы гидом Аранджелович еще несколько раз обогнул земной шар, но в дневнике написал: «В конце всех этих путешествий, пройдя через множество художественных галерей и музеев, через годы жизни в разных городах и странах, я понял, что человек может бесконечно долго путешествовать по миру в поисках того, что ему нужно. Но как оказалось, для этого стоит просто вернуться домой».

Александр Аранджелович скончался в 1999 году. Он похоронен на центральном кладбище в Белграде в семейной гробнице.

 

Источник: http://www.sports.ru/

Оставить ответ