Интервью с Майгуровым – будущим боссом биатлона: про миллионные долги (даже перед отелями), уход «Газпрома» и саботаж Драчева

Алексей Нуждов сборная России Виктор Майгуров сборная России жен Владимир Драчев СБР Биатлон

В биатлоне по-прежнему нескучно: накануне на сайте СБР вышел большой манифест членов Правления, которые разгромили президента Владимира Драчева.

Пункты, в целом, знакомые: финансовый коллапс, бездействие, саботаж решений Правления (куда Драчев тоже входит). И, как итог, призыв к смене власти на досрочных выборах 11 июля. Совсем скоро запись пропала с сайта (возможно, по указанию Минспорта), но в распоряжении Sports.ru остались все скрины.

Мы связались с одним из авторов этого заявления – Виктором Майгуровым, трехкратным чемпионом мира, соперником Драчева на выборах-2018 и, видимо, главным фаворитом выборов-2020.

– Вы действительно пару дней назад вместе с первым вице-президентом Алексеем Нуждовым были в Минспорте?

– Отвечу без подробностей: да, заходили к министру, общались втроем.

– Накануне манифест Правления пропал с сайта СБР – после звонка из Министерства?

– Конечно, я знаю, почему и как это произошло, но не готов выносить в медиа. Произошло не по моей инициативе. Руководитель медиа-службы СБР – Константин Бойцов. Возможно, он даст развернутый комментарий.

Была задача сделать рассылку в региональные отделения, чтобы донести позицию членов Правления. Попытаться объяснить, почему мы созываем внеочередную конференцию – какие мотивы, причины… Уже несколько недель в медиа-пространстве есть активность только со стороны президента: якобы он все делает правильно, а члены Правления – саботажники. Это не так.

Но у нас есть определенный дисбаланс в управлении, поэтому новость появилась на сайте, а потом пропала.

– Возможно, формулировки стыдно-не стыдно не слишком уместны, но вы же понимаете, как все это выглядит со стороны. Какие у вас ощущения?

– В этой ситуации лично мне стыдиться нечего. А вообще, мне в последнее время стыдно за очень многое, что творится в СБР.

– Но раз вы отправили письмо в регионы, то не отказываетесь от написанного там?

– Нет, конечно.

***

– Первый же пункт обвиняет Драчева в несоблюдении законодательства РФ – можно хотя бы один пример?

– Что касается законодательства, мы – как общественная организация – каждый год обязаны проводить аудит. Его не было ни разу с прихода Драчева на пост президента.

По Уставу СБР тоже много нарушений. Должна утверждаться смета доходов-расходов – и дальше все должно соответствовать смете. Этого нет. Правление должно утвердить штатное расписание – тоже нет. Составы команд также утверждают на Правлении, но президент идет вразрез с этими решениями.

– Терпение закончилось после весеннего столкновения по тренерам?

– По тренерам и спортсменам. На самом деле этот вопрос обсуждали еще с ноября – по какой стратегии и с кем мы движемся дальше. Приняли определенные решения, Правление проголосовало единогласно, но президент все сделал иначе.

И так постоянно: на Правлении президент голосует там, где большинство, потом выходит за дверь и делает все по-своему. Члены Правления – взрослые люди, у каждого есть мнение, достоинство. Но в итоге мы каждый раз выглядим так, что над нами все смеются.

К сожалению, на президента влияют со стороны: я не назову фамилии, хотя для меня они понятны – это люди вообще не из биатлона. Изначально, когда Владимир Петрович пришел в СБР, вокруг него было много фигур, которые рассчитывали на определенную зарплату, но, не дождавшись ее, устранились. Потом появились другие.

Наверное, еще год-полтора назад члены Правления – люди, которых сам Драчев туда порекомендовал – полностью доверяли ему: как президент сказал, так и правильно. Но постепенно их мнение поменялось – не под чьим-то влиянием, а на основании своего опыта.

– Когда был переломный момент лично для вас? Когда все сломалось?

– У меня до сих пор ничего не сломалось. Но с самого начала я видел, что что-то идет не так.

У меня есть опыт работы в IBU и в СБР – организации примерно одинаковые, и мне понятны. В IBU по части документации и проведения совещаний все отлажено идеально. Зная это, я начал рекомендовать – как было бы лучше отстроить работу у нас. Все мои рекомендации оставались без ответа.

Второй момент – голосования. Некоторые из них проходили заочно, кто-то голосовал против и оставался в меньшинстве. В нормальной организации если кто-то против, это обсуждают, задают вопросы – так можно прийти к разумным вещам. У нас этого не было и нет.

***

– Вы были в нормальных отношениях с Драчевым, как на них отразится этот разлад?

– Думаю, никак. У меня нет личного антагонизма к Владимиру Петровичу, нет самоцели занять пост президента, но ситуацию пора успокоить по многим направлениям.

Будем откровенны, Драчев уделял мало времени СБР: у него есть основная работа, а в биатлоне он сделал акцент на сборную. Возможно, потому что доверял исполнительному директору (Сергею Голикову – Sports.ru). Но тот занимался в основном финансами, а не делами внутри федерации или работой с регионами.

В итоге сейчас у нас образовались большие задолженности по многим пунктам. Насколько я знаю, президент почти не участвует в решении этих проблем, не отвечает на письма из IBU. Я пытаюсь отвечать, что-то делать, консолидировать сотрудников.

В начале апреля Правление назначило меня и.о исполнительного директора – после отстранения Голикова. Но президент это решение тоже игнорирует: по сути, идет прямой саботаж, хотя он тоже голосовал «за» по этому вопросу. Повторюсь, для нас непонятно, как человек так меняет мнение.

– Правда, что тогда же Драчев, проголосовав за, не передал вам право подписи?

– Он должен был оформить доверенность. Да, в начале апреля с этим были сложности – работали не все нотариусы. Но в конечном счете все это можно было сделать. Острой необходимости и спешки не было, потому что в СБР просто не осталось денег: мы не осуществляли платежи, не подписывали контракты.

А в мае Владимир Петрович в корне поменял мнение в отношении этих вопросов, отозвал доверенность еще и у Нуждова. В общем, полностью замкнул дела на себе – дал указания сотрудникам, чтобы общение шло только через него, а не кого-то другого.

Драчев воюет с командой СБР: выгнал тренеров, которых ему навязывали, но напоролся на импичмент

– Весной у СБР скопились долги по текущей деятельности: зарплата, коммуналка – как их гасили?

– Часть средств привел Нуждов – не знаю, личные это деньги или нет. На прошлой неделе поступила еще одна часть – эти деньги привел Драчев. Сумму не назову, но ее хватило, чтобы закрыть текущий долг по зарплате.

Еще остается долг по налогам. Только благодаря тому, что для некоторых организаций срок выплаты продлен до 1 июля, наши счета не заблокированы.

– «Газпром» отказался спонсировать СБР, пока там руководит Драчев?

– Как правило, контракт подписывался весной – в этот раз пока не стали. У нас есть переписка, где «Газпром» дает понять: держим вопрос на паузе до того времени, пока у вас не стабилизируется ситуация – это если в двух словах. Мы не теряем надежды, что сотрудничество продолжится, тем более что СБР выполнил обязательства.

– Долгов у СБР много – какой беспокоит вас больше всего?

– Вообще, в приоритете все финансовые вопросы: есть текущие задолженности – это 15-20 млн рублей.

Есть сумма за команду, которая с января по март жила и перемещалась по Кубку мира и Кубку IBU – мы должны гостиницам и транспортным компаниям около 300 тысяч евро.

Они обращаются не к нам напрямую, потому что уже устали и не получают вразумительный ответ. А идут сразу к IBU, сейчас общение строится через них. Не удивлюсь, если в связи с этим IBU включит санкции к СБР: юридических оснований, может, и нет, но мнение все равно сложится – такая ситуация у нас впервые.

Я уверен, что мы все погасим, деньги есть у Минспорта; но нужно подготовить отчетные документы, которые сдавали команды. А документы остались у тех, кто занимался финансами: коммуникация с финансовым директором, с исполнительным директором пока не дает результатов. Хотя мы неоднократно связывались.

Вот теперь Драчев реально влип: бизнесмен из Питера (тоже работает в СБР) обвиняет в нарушениях закона и готовит переворот

– Дедлайн по погашению есть?

– Как такового нет. Наверное, когда люди перестанут терпеть, то подадут на нас в суд за границей. Плюс надо понимать, что зачастую это гостиницы, в которых команда живет из года в год, очень удобные для размещения. Они могут просто отказаться с нами работать.

– Когда будут сдвиги по восстановлению СБР? И что с долгом там?

– Краеугольный камень – ситуация с РУСАДА и WADA, все зависит от решения суда. Он запланирован только на ноябрь – до этого времени мы точно останемся в статусе временного члена.

Что касается долга, то сейчас он 550 тысяч евро. А постоянно увеличивается в связи с тем, что нам добавляют счета за иностранных юристов – они расследуют всю эту историю по линии IBU. В работе разные эпизоды: дело Устюгова и Слепцовой, дело Зайцевой, Романовой и Вилухиной, база данных Московской лаборатории.

Это не значит, что каждый месяц нам прибавляют по 100 тысяч к долгу – нет, бывает по-разному. Например, в период пандемии юристы не работали. Плюс по каждой истории у нас есть детализация – нет такого, чтобы нам выставили счет и мы сразу согласились.

Допинг-крах в биатлоне: Устюгова и Слепцову забанили, Россия потеряла золото эстафеты в Сочи-2014 и первое место в зачете

– Все проблемы с деньгами коснутся команды?

– В этой части все более-менее стабильно. Я на связи со старшими тренерами, они уже прорабатывают вопрос по сборам, Юрий Каминский (главный по мужчинам – Sports.ru) хочет сбор уже в июне. Но это зависит от регионов – смогут ли базы принять команду, можно ли работать с оружием. ЦСП готов все оплачивать уже сейчас, но повторюсь – все зависит от регионов, разрешат или нет.

***

– Уже многие намекали на это, но скажите вы: выдвинетесь в президенты СБР?

– Решение не принято. Я хотел бы посмотреть, кто еще выдвинется. Если мощного кандидата не будет, то возможно, пойду.

– Что отличает мощного кандидата от обычного?

– Хороший финансовый ресурс, административный ресурс. Я не боюсь выдвинуться и понимаю: бюджет на текущую деятельность я смогу спокойно сформировать. Но это, скажем так, очень средненький бюджет.

Если вдруг меня выберут, с первого года будет бюджет, позволяющий восстановить финансовую стабильность СБР. Со второго можно говорить о значительном увеличении, это уже будет бюджет развития.

Я знаю, с кем идти, как идти. Речь идет о команде, а не об одном человеке-президенте. Мы можем думать и делать все в одну сторону: это не значит – делать как я сказал, а консолидировано и мощно решать вопросы.

– Назовете хоть одного человека помимо Нуждова, кто вас уже поддержал?

– Извините, пока нет. Рано говорить, еще не принято решение о выдвижении.

– Два года назад, когда вы выдвигались, у вас была финансовая поддержка Прохорова. А сейчас?

– Не готов что-то подтверждать. Сначала уведомим регионы о проведении конференции официально, по Уставу. Через пару недель вернемся к вопросу.

– Если пойдете на выборы, то ради чего?

– Вся моя жизнь связана с этим спортом, есть опыт работы в Международном союзе, в одном из регионов. Готов уделять делу 24 часа в сутки – сейчас видно, что по-другому просто не получается.

Мы же видели примеры: если основная деятельность президента не связана с биатлоном, то эффективности в федерации меньше – каким бы ни был бюджет. Человек должен этим жить и работать на биатлон постоянно.

Программное интервью Виктора Майгурова перед выборами-2018: там он отвечает и на вопрос о поддельном дипломе

Фото: РИА Новости/Александр Вильф, Алексей Филиппов, Александр Натрускин, Григорий Сысоев

Источник: http://www.sports.ru/

Оставить ответ